Альберт Еганян: "Успешным юрист становится благодаря самообразованию". Игра в "царя горы"

Окончил Московский университет. Состоял присяжным поверенным при Московской судебной палате. Более 40 лет работал адвокатом. Одаренный судебный оратор. Постепенно, от процесса к процессу, он своими речами завоевал широкое признание. Тщательно готовился к делу, глубоко знал все его обстоятельства, умел анализировать доказательства и показать суду внутренний смысл тех или иных явлений. Речи его отличались большой психологической глубиной, житейской мудростью, простотой и доходчивостью. Сложные человеческие отношения, неразрешимые подчас житейские комбинации освещал он проникновенно, в доступной для слушателей форме.

Выступая во многих крупных процессах, он проявил себя как острый и находчивый полемист. По делу Дмитриевой и Кострубо-Корецкого в одном процессе защищали: Дмитриеву известный талантливый адвокат Урусов, Кострубо-Корецкого - Плевако. Отрицая свою вину, Дмитриева перелагала ее на Кострубо-Корецкого, занимавшего в Рязани высокий пост. Защиту Дмитриевой Урусов построил на обвинении Кострубо-Корецкого. Дав анализ доказательствам, он, рассчитывая на впечатлительность присяжных, сказал: «Щадите слабых, склоняющих перед вами свою усталую голову, но когда перед вами становится человек, который пользуется своим положением, поддержкою, дерзает думать, что он может легко обмануть общественное правосудие, вы, представители суда общественного, заявите, что ваш суд действительная сила, - сила разумения и совести, - и согните ему голову под железное ярмо закона».

Тщательно проанализировав доказательства своих противников, Ф. Н. Плевако сумел привести убедительные доводы, опровергающие вину Кострубо-Корецкого. В конце речи, как бы нейтрализуя основной вывод Урусова, он сказал: «Осудить Корецкого потому, что он сильный человек, обвинить потому, что он не склоняет голову, внушили вам. Вы сделаете честное дело, говорили вам, вы покажете, что русский суд сила, что смеяться над ним нельзя... общество не нуждается, чтобы для потехи одних и на страх другим, время от времени произносили обвинения против сильных мира, хотя бы за ними не было никакой вины. Теория, проповедующая, что изредка необходимо прозвучать цепями осужденных, изредка необходимо наполнять тюрьмы жертвами, недостойна нашего времени. Вы не поддадитесь ей».

Речи обоих адвокатов по этому делу представляют несомненный интерес. Произнесены они двумя талантливыми адвокатами. Они поучительны в том смысле, что показывают методы защиты двух крупных юристов по делу с острой коллизией между подсудимыми, показывают кропотливую работу по сбору и представлению по делу всех возможных доказательств, оправдывающих их подсудимых.

Речь в защиту Бартеньева (по делу об убийстве артистки Весновской) - блестящий образец русского судебного красноречия, отличается исключительной психологической глубиной, тонким анализом душевного состояния убитой и подсудимого. Указанная речь безупречна по своему стилю, отличается высокой художественностью. Анализ психологического состояния молодой преуспевающей артистки и подсудимого дан исключительно глубоко и талантливо. Эта речь приобрела известность далеко за пределами России.

Большой интерес представляет речь в защиту люторических крестьян. Речь не лишена определенной политической окраски. В Сборник включен ряд речей, произнесенных Плевако в качестве гражданского истца.

Из представленных в Сборнике речей читатель может вынести достаточное впечатление о творчестве этого талантливого адвоката и судебного оратора.

Продолжает накаляться ситуация, связанная с внесением в Государственную Думу ФС РФ проекта Федерального закона № 273154-7 «Об осуществлении представительства сторон в судах и о внесении изменений в отдельные законодательные акты». Инициатором законодательной инициативы явился председатель Комитета ГД ФС РФ по государственному строительству и законодательству, председатель Ассоциации юристов России (АЮР) Павел Крашенинников.

Инициатива вызвала не только резкую и беспрецедентную по тону критику со стороны руководителей Федеральной палаты адвокатов РФ (ФПА) (вплоть до обращенного к П.Крашенинникову предложения распрощаться с одним из своих постов!), но и поражающую своими темпами и степенью организованности «контроперацию», целью которой, по всем признакам, является если не развал, то, по крайней мере, такая степень ослабления АЮР, которая дискредитировала бы эту организацию до уровня ее фактической недееспособности.

По убеждению руководства ФПА, замысел внесенного в Госдуму законопроекта, состоит в том, что именно возглавляемой Павлом Крашенинниковым Ассоциации юристов России по законопроекту отводится роль оператора и бенефицианта предстоящей реформы.

Напомню, что суть реформы сводится к закреплению права на судебное представительство за любым гражданином, имеющим высшее юридическое образование и сдавшего профессиональный экзамен в некой «общероссийской общественной организации граждан, которые имеют юридическое образование».

По мнению руководства ФПА (разумеется, отнюдь не беспочвенному) таковой организацией, по стратегии инициаторов законопроекта, должна стать именно АЮР.

Понятное дело, что все это в корне противоречит лоббируемой руководством ФПА, а теперь имеющей сомнительную перспективу концепции так называемой «адвокатской монополии», суть которой сводится к незатейливой идее наделения правом на судебное представительство исключительно тех юристов, которые приобретут адвокатский статус.

Именно в указанном контексте следует понимать череду заявлений и решений, принятых на организованных ФПА на прошедшей неделе мероприятиях. На заседании Совета ФПА РФ Вице-президентом ФПА РФ Геннадием Шаровым был поставлен «вопрос о выходе адвокатов из АЮР и предложено вынести его на голосование» (цитируется по сайту ФПА буквально).

Этому предшествовало заявление Исполнительного вице-президента ФПА Андрея Сучкова о том, что «недружественный шаг» П.Крашенинникова «должен стать предметом обсуждения в нашей корпорации, в том числе с постановкой вопроса о выходе адвокатов из состава АЮР» (тот же источник).

Подобные заявления не могут не шокировать. Согласно Устава АЮР, членами этой организации являются не только юридические лица, но и граждане, имеющие юридическое образование, в том числе адвокаты.

Согласно ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» ФПА РФ объединяет отнюдь не адвокатов, а адвокатские палаты субъектов федерации. Из сказанного понятно, что адвокаты не являются приписанными к «военным поселениям» служивыми холопами - они вправе самостоятельно определять свое членство в тех или иных общественных объединениях.

Известные «правила жанра» позволяют усомниться, что приведенные высказывания могли возникнуть спонтанно, без предварительного их согласования с Президентом ФПА Юрием Пилипенко. Ну что тут скажешь…

Подобное отношение к членам адвокатского сообщества накрепко монтируется с высказанной Президентом ФПА на последнем Всероссийском съезде адвокатов программной установкой: «Может быть, стоит потихонечку ориентировать адвокатское сообщество, что свобода в этой жизни не самое главное»? Заявление, которое, по остроумному суждению одной из участниц виртуального обсуждения темы, не сделало бы чести даже руководителю номерного учреждения УФСИН.

Первый вице-президент ФПА РФ Евгений Семеняко предложил продумать шаги, которые необходимо предпринять, чтобы не допустить реализацию предложенной П.Крашенинниковым законодательной инициативы.

Мотивация Е.Семеняко на сей раз не сводилась исключительно к известному набору аргументов о том, что только принадлежность к адвокатской корпорации позволяет рассчитывать на должное качество оказываемой юристом помощи.

Евгений Васильевич заявил, что в законопроекте просматривается «определенный коммерческий интерес», поскольку он содержит положения, наделяющие «общероссийскую общественную организацию граждан, которые имеют юридическое образование», правом принимать «профессиональный экзамен по юридической специальности» у лиц, получивших юридическое образование за рубежом, а также аккредитовывать иностранные организации для ведения гражданских и административных дел в судах и дел в арбитражных судах.

Однако, коммерческая жилка, по всей видимости происходящего, свойственна не только авторам законопроекта… По замыслу противников выдачи лицензий АЮРом, массовый выход адвокатов из этой организации должен привести к столь же массовому и организованному их «заходу» во вновь созданную по инициативе ФПА организацию – ОПЮР (Объединение практикующих юристов России), съезд которого запланирован на весну 2018 года.

Схема понятная даже несмышленышу. Укрепление организации-клона с похожим на конкурента названием по факту создает угрозу перехвата инициативы лицензирования. И, ясное дело (уж простите за «ясновидение»), – в случае неожиданного успеха задуманного также не без обременения коммерческим интересом.

То есть, по факту, провоцируется именно та ситуация, об опасности которой заявил еще один Вице-президент ФПА Николай Рогачев: «Ассоциация юристов России – не единственная общественная организация граждан, имеющих высшее юридическое образование. После принятия подобного закона вокруг аккредитации может возникнуть ненужный накал страстей».

Впрочем, это не единственная причина, по которой, на месте руководства ФПА, не стоит слишком усердно педалировал доводы «коммерческого интереса» авторов законопроекта.

Напомню, что совокупный размер компенсационных взносов за организацию экзамена на статус адвоката и взноса первого месяца в средней региональной палате адвокатов составляет порядка 70.000 рублей.

Я вовсе не собираюсь спорить с цифрами, а тем более не ставлю под сомнение принципиальную необходимость тех или иных отчислений, связанных с допуском к профессии. Но сомнение в том, что «плата за лицензирование» хотя бы отдаленно приблизится к названной цифре, выразить обязан.

Более того, элементарный арифметический подсчет показывает, что совокупные взносы адвокатов (не считая приведенные выше цифры) по России составляют порядка 70 – 90 миллионов рублей в месяц. Или порядка миллиарда в год. Какие-никакие, а тоже деньги, не так ли? И суммы эти, в случае успеха проекта адвокатской монополии, возрастут кратно. Это я о том, что бесплатно только птички поют.

Только не нужно напоминать мне, что собранные с адвокатов деньги расходуются исключительно на цели функционирования института адвокатуры. Ну, конечно же, именно так, и никак иначе! Но авторы законопроекта тоже едва ли заявят, что намерены спустить лицензионные деньги на цыган и шампанское.

Я это все пишу к тому, что прежде чем приводить те или иные доводы, нужно крепко подумать, как они будут восприняты, и в чью пользу будут свидетельствовать. Азбучная, вообще-то для адвокатов истина…

На информационном портале «Право.Ru» проводится опрос по теме: «Одобряете ли вы «профессиональную монополию в виде, который предложил Крашенинников». К настоящему времени в голосовании приняло участие более 12-ти с половиной тысяч человек. Цифра, позволяющая говорить о репрезентативности опроса.

Среди голосующих, разумеется, немало адвокатов. И вот промежуточные результаты. Предложенную Павлом Крашенинниковым реформу одобряет 28% от числа проголосовавших. Следующая по рейтингу позиция - 26% проголосовавших - за простую идею допуска в суды по диплому, без всякой аккредитации. А вот за другие виды монополии, в том числе монополию адвокатскую, высказалось лишь 5% опрошенных.

Очевидно, что эти цифры для адептов идеи «адвокатской монополии» весьма неутешительны. Возьму на себя смелость заявить – в числе прочих причин, это прямое следствие проводимой в последние годы руководством ФПА политики.

Я крайне ценю любые усилия ФПА, направленные на повышение качества оказываемой адвокатами юридической помощи, или на модернизацию, так сказать, «операционного облика» корпорации. Но не это в трендах обсуждений, и, увы, не это определяет лицо адвокатуры в глазах людей.

Какую реакцию юридического сообщества и вообще граждан ожидало руководство адвокатуры на сочетание двух овладевших ей идей фикс: с одной стороны – фактического запрета на профессию вне адвокатского статуса (с точки зрения права на судебное представительство), а с другой – всех этих новаций по распространению контроля органов адвокатуры за пределы сугубо профессиональной деятельности адвокатов, неуклюжих попыток фактического ограничения внутрикорпоративной критики и даже запрета обжалования решений о лишении адвоката статуса в суд? Простите, но при упоминании выражения «адвокатская монополия» люди начинают нервно вздрагивать.

При этом все прекрасно понимают, что существующие правовые реалии не дают рядовым адвокатом ни малейшего шанса влиять на вопросы т.н. «выборов» руководства ФПА и большинства региональных палат. Может быть, в этом смысле «адвокатская монополия» уже состоялась?

И еще. Нужно честно рассказывать о реальных последствиях «адвокатской монополии» в ее крайнем, «мечтательном» проявлении. В том числе для самих адвокатов и для правосудия. Вот говорят – адвокатская монополия повысит качество судебного представительства. Всегда ли?

Возьмем уголовное судопроизводство. Если после неизбежного увеличения числа адвокатов (если не на порядок, то, по крайней мере, в разы) право на участие в уголовном процессе получат множество юристов, до той поры не имевших об уголовном процессе ни малейшего представления, это вряд ли повысит его качество.

Зато неизбежно произойдет другое. Масса молодых, амбициозных, однако не отягощенных опытом, знаниями и представлениями об этическом компоненте профессии новобранцев запросто вытеснят из нее многих и многих ныне практикующих коллег.

Ну, хотя бы потому, что в конкурентном наборе качеств, необходимых для «борьбы за клиента», знания и порядочность, в силу ментальных особенностей многих наших доверителей, либо вообще не оцениваются, либо стоят в самом конце списка.

В общем, я призываю оценивать ситуацию с точки зрения интересов т.н. «рядовых адвокатов». И вообще, как говорил в известном фильме товарищ Саахов, «не путать свою личную шерсть с государственной».

Наверное, идея «адвокатской монополии» имеет право на жизнь. Но лишь при условии возвращения к демократическим принципам функционирования адвокатуры, подразумевающим возможность формировать ее выборные органы, вести честный и открытый разговор на равных, а самое главное – без попыток смены ценностных ориентаций адвокатов (например, со свободы на нечто противоположное).

К чему и призываю.

Президент АП Удмуртской Республики, Первый вице-президент Гильдии Российских адвокатов Д.Талантов

Девушка с амбициями

Татьяна Веденская Современные любовные романы Отсутствует Нет данных

Любимая работа, приличный заработок, независимость – у талантливого адвоката Ларисы Лапиной было все, вернее, почти все. Недоставало лишь мужчины. Лара могла выбирать любого, но… К сожалению, выбрала не того. Павел не оправдал ее надежд, не смог сделать счастливой и, более того, не захотел стать отцом их общему ребенку… И что же теперь? Смириться с жалкой участью матери-одиночки? Утонуть в море слез? Нет! Нам, современным женщинам, это не подходит.

Мы – творцы собственной судьбы. Нам не составит труда переписать неудачный роман набело и привлечь к себе достойного героя. Достойного! Такого, который подарит максимум счастья. Он будет по-настоящему сильным и не побоится проиграть даме сердца, а проиграв, станет уважать и ценить ее еще больше.

Ибо нет у мужчин более сильного соперника, чем умная женщина!

Тщательное изучение материалов дела и глубокие научные познания защитника, в том числе в области медицины, поставили под сомнение выводы судебных экспертов. Было ли совершено убийство или же девушка погибла в результате несчастного случая?

Новое дело, на первый взгляд, не сулит ничего необычного: к ним обращается странная женщина с просьбой защитить ее жениха от смутной гипотетической угрозы. Но расследование принимает неожиданный поворот: детектив ы сталкиваются с чередой мистических и трагических событий, и докопаться до истины становится практически невозможно.

Книга «Мистика детектив а Нахрапова» написана в лучших традициях детектив ного жанра Олегом Беликовым – талантливым писателем, автором научно-популярных книг, адвокатом и специалистом по корпоративным спорам, и непременно понравится всем поклонникам данного жанра.

Дело о похищении Бетти Кейн

Джозефина Тэй Повести Алан Грант

Напуганная школьница уверяет полицию, что чудом вырвалась из рук двух похитительниц, пытавшихся ее убить. Однако рассказ девушки считают ложью. За расследование берется скромный провинциальный адвокат Роберт Блэр – талантливый детектив-любитель…

Соло на раскаленной сцене

Ирина Градова Современные детективы Детективы о женщине-стихии

Их всегда много вокруг нее – красивых, талантливых, сверхуспешных мужчин, на которых ведут охоту поклонницы и желтая пресса. Таким был ее отец, один из ведущих российских хореографов, таков ее муж, таковы ее звездные клиенты. Но не пора ли и ей, адвокату Марго, сыграть свою сольную партию? Хотя бы в этом деле красавчиков из мужского квартета, где каждый давно отказался от претензий на главную роль и ждет только защиты, жалости и чуть-чуть украшающей отношения лжи?

Мастер продаж. Самоучитель

Денис Шевчук Малый бизнес Отсутствует Нет данных

Можно себе представить, сколько талантливых продавцов «погибло» только из-за одной боязни говорить с незнакомыми людьми. Подавить боязнь – это сделать решительный, но все же первый шаг в сторону риторики продаж и презентаций. Чтобы наши речи были убедительны, а образ искренним и открытым для общения, нужно в полной мере овладеть мастерством коммуникации.

Вряд ли нужно говорить, что каждому человеку хотя бы раз в жизни приходилось продавать продукт – неважно, материальный или нематериальный – и продавая, заинтересовывать тех, для кого он предназначался. В отличие от обычного человека специалист проделывает эти операции многократно и практически ежедневно.

Успех таких операций во многом зависит от искусства риторики. Данный курс в значительной мере облегчит овладение секретами риторики как состоявшимся специалистам, так и тем, кто делает первые шаги на поприще продаж и презентаций. Адресовано всем, чья профессиональная деятельность осуществляется в сфере коммуникации: специалистам по продажам и привлечению клиентов, менеджерам (наемным управленцам), маркетологам, специалистам в области рекламного дела и PR, бизнесменам, юристам, адвокатам, риэлторам, агентам, а также студентам, аспирантам и преподавателям и т.

Автор Джеймс Донован – не кто иной, как человек, которому принадлежит дерзкая идея «обмена шпионами», адвокат Рудольфа Абеля, наверное, самого известного советского разведчика времен «холодной войны». Процесс над талантливым, смелым, хладнокровным резидентом стал настоящей международной сенсацией.

Казалось, Абеля ничто не могло уже спасти. Однако в то же самое время над территорией СССР был сбит самолет-разведчик США, и в плен к советским спецслужбам попал его пилот Гэри Пауэрс. Судьбы двух «бойцов невидимого фронта» легли на противоположные чаши весов.

Ставки поднимались все выше. Так началась самая захватывающая, самая увлекательная шпионская история эры противостояния двух великих сверхдержав – СССР и США. История, которая закончилась легендарной сценой встречи двух незнакомцев на мосту над тихой немецкой речкой Хафель…

Пожиратели таланта

Анна Данилова Современные детективы Отсутствует

Бледная светлая кожа, огненно-рыжие длинные волосы, красивое вечернее платье и ужасные кровоподтеки по всему телу – такой увидели известную поэтессу Любовь Горохову сотрудники полиции, прибывшие на место преступления.. Она писала о любви и смысле жизни, о предназначении поэта и поэзии – а ее жестоко убили в замызганном грязном подвале жилого дома.

А чуть позже в квартире Любови обнаруживают еще два трупа: ее друга-мецената, помогавшего издаваться, Северцева, и его старинного приятеля, поэта Мещерского. Создается впечатление, что кто-то задался целью убить самых талантливых литераторов в городе! Но в этом расследовании стихи и рифмы переплетаются с огромными суммами денег, пропавшими у нелегальных наркобаронов.

Пьеса для моноспектакля, где уже в самом тексте прописано, что господин Фон Штейн (безмолвно присутствующий на сцене) – кукла. Его жена Шарлотта в течении десяти лет была музой и попечительницей Гёте, в момент их знакомства ещё совсем молодого человека, дерзкого, талантливого и не умевшего вести себя при дворе.

На протяжении всех пяти отрезков идёт многоплановый монолог, выстроенный наподобие защитной речи адвоката, или, если угодно – исповеди. При том госпожа фон Штейн не скупиться на подробности, представляя Гёте временами ужасным человеком, сложным, иногда переходящим рамки того, на что можно закрыть глаза, памятуя о его таланте.

Но всё это одна история. История сложной, хитросплетённой, временами философской любви – с абсолютно непредсказуемым финалом.

Жена моего мужа

Джейн Корри Триллеры Психологический триллер (АСТ)

Выйдя замуж за талантливого художника Эда Макдональда, молодой адвокат Лили начала новую жизнь… И, кажется, ничто не сможет омрачить их счастливый брак. По соседству с супружеской парой живет хорошенькая девочка-итальянка Карла, за которой Лили присматривает, пока ее мать пропадает на работе.

Карле всего девять, но она уже хорошо знает, что значит хранить чужие секреты… А потом жизнь надолго разведет их – пройдет двенадцать лет, прежде чем Лили и Карла снова встретятся и поймут: им обеим есть что скрывать и, стоит раскрыться хотя бы одной из тайн их прошлого, последствия будут непредсказуемы…

Талант адвоката

Остроумие, находчивость, мгновенная реакция на реплики противника, к месту проявленный сарказм - все эти качества ярко демонстрировал выдающийся оратор - Федор Никифорович Плевако.

Из Практики Адвоката Плевако


Плевако имел привычку начинать свою речь в суде фразой: "Господа, а ведь могло быть и хуже". И какое бы дело ни попадало адвокату, он не изменял своей фразе.
Однажды Плевако взялся защищать человека, изнасиловавшего собственную дочь. Зал был забит битком, все ждали , с чего начнет адвокат свою защитительную речь. Неужели с любимой фразы? Невероятно. Но встал Плевако и хладнокровно произнес: "Господа, а ведь могло быть и хуже". И тут не выдержал сам судья. "Что,- вскричал он,- скажите, что может быть хуже этой мерзости?"
"Ваша честь,- спросил Плевако,- а если бы он изнасиловал вашу дочь?".

О дин русский помещик уступил крестьянам часть своей земли, никак это юридически не оформив. Через много лет он передумал и отобрал землю обратно. Возмущённые крестьяне устроили беспорядки. Их отдали под суд. Жюри присяжных состояло из окрестных помещиков, бунтовщикам грозила каторга. Защищать их взялся знаменитый адвокат Плевако. Весь процесс он молчал, а в конце потребовал наказать крестьян ещё строже. «Зачем?» — не понял судья. Ответ: Чтобы навсегда отучить крестьян верить слову русского дворянина. Часть крестьян была оправдана, остальные получили незначительные наказания.


Однажды Плевако участвовал в защите старушки, вина которой состояла в краже жестяного чайника стоимостью 50 копеек. Прокурор, зная, кто будет выступать адвокатом, решил заранее парализовать влияние речи защитника, и сам высказал все, что можно было сказать в пользу подсудимой: бедная старушка, нужда горькая, кража незначительная, подсудимая вызывает не негодование, а только жалость. Но собственность священна, и, если позволить людям посягать на нее, страна погибнет.
Выслушав прокурора, поднялся Плевако и сказал: Много бед и испытаний пришлось перетерпеть России за ее более чем тысячелетнее существование. Печенеги терзали ее, половцы, татары, поляки. Двенадцать языков обрушились на нее, взяли Москву. Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь, теперь... старушка украла чайник ценою в пятьдесят копеек. Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно.
Естественно, старушка была оправдана.

Судили священника. Набедокурил он славно. Вина была доказана. Сам подсудимый во всем сознался. Поднялся Плевако. "Господа присяжные заседатели! Дело ясное. Прокурор во всем совершенно прав. Все эти преступления подсудимый совершил и сам в них признался. О чем тут спорить? Но я обращаю ваше внимание вот на что. Перед вами сидит человек, который тридцать лет отпускал вам на исповеди грехи ваши. Теперь он ждет от вас: отпустите ли вы ему его грехи". Священника оправдали.

Великому русскому адвокату Ф.Н. Плевако приписывают частое использование религиозного настроя присяжных заседателей в интересах клиентов. Однажды он, выступая в провинциальном окружном суде, договорился со звонарем местной церкви, что тот начнет благовест к обедне с особой точностью.
Речь знаменитого адвоката продолжалось несколько часов, и в конце Ф. Н. Плевако воскликнул: Если мой подзащитный невиновен, Господь даст о том знамение!
И тут зазвонили колокола. Присяжные заседатели перекрестились. Совещание длилось несколько минут, и старшина объявил оправдательный вердикт.

Как-то Плевако защищал мужчину, которого проститутка обвинила в изнасиловании и пыталась получить с него значительную сумму якобы за нанесенную травму. Обстоятельства дела: истица утверждает, что ответчик завлек ее в гостиничный номер и там изнасиловал. Мужчина же заявляет, что все было по доброму согласию. Последнее слово за Федором Плевако.
- Господа присяжные, - заявляет он. - Если вы присудите моего подзащитного к штрафу, то прошу из этой суммы вычесть стоимость стирки простынь, которые истица запачкала своими туфлями.
Проститутка вскакивает и кричит: - Неправда! Туфли я сняла!
В зале хохот. Подзащитный оправдан.

Плевако любил защищать женщин. Он вступился за скромную барышню из провинции, приехавшую в консерваторию учиться по классу пианино. Случайно остановилась она в номерах "Черногории" на Цветном бульваре, известном прибежище пороков, сама не зная, куда с вокзала завез ее извозчик. А ночью к ней стали ломиться пьяные гуляки. Когда двери уже затрещали и девушка поняла, чего от нее домогаются, она выбросилась в окно с третьего этажа. К счастью упала в сугроб, но рука оказалась сломана. Погибли розовые мечты о музыкальном образовании.
Прокурор занял в этом процессе глупейшую позицию: - Я не понимаю: чего вы так испугались, кидаясь в окно? Ведь вы, мадемуазель, могли бы разбиться и насмерть!
Его сомнения разрешил разгневанный Плевако.
- Не понимаете? Так я вам объясню, - сказал он. - В сибирской тайге водится зверек горностай, которого природа наградила мехом чистейшей белизны. Когда он спасается от преследования, а на его пути - грязная лужа, горностай предпочитает принять смерть, но не испачкаться в грязи!..

Однажды попало к Плевако дело по поводу убийства одним мужиком своей жены. На суд адвокат пришел как обычно, спокойный и уверенный в успехе, причем безо всяких бумаг и шпаргалок. И вот, когда дошла очередь до защиты, Плевако встал и произнес:
- Господа присяжные заседатели!
В зале начал стихать шум. Плевако опять:
В зале наступила мертвая тишина.
Адвокат снова:
- Господа присяжные заседатели!
В зале прошел небольшой шорох, но речь не начиналась. Опять:
- Господа присяжные заседатели!
Тут в зале прокатился недовольный гул заждавшегося долгожданного зрелища народа.
А Плевако снова:
- Господа присяжные заседатели!
Началось что-то невообразимое. Зал ревел вместе с судьей, прокурором и заседателями. И вот, наконец, Плевако поднял руку, призывая народ успокоиться.- Ну вот, господа, вы не выдержали и 15 минут моего эксперимента. А каково было этому несчастному мужику слушать 15 лет несправедливые попреки и раздраженное зудение своей сварливой бабы по каждому ничтожному пустяку?!
Зал оцепенел, потом разразился восхищенными аплодисментами. Мужика оправдали.

В Калуге, в окружном суде, разбиралось дело о банкротстве местного купца. Защитником купца, который задолжал многим, был вызван Ф.Н. Плевако. Представим себе тогдашнюю Калугу второй половины XIX века. Это русский патриархальный город с большим влиянием старообрядческого населения. Присяжные заседатели в зале - это купцы с длинными бородами, мещане в чуйках и интеллигенты доброго, христианского нрава.
Здание суда было расположено напротив кафедрального собора. Шла вторая седмица Великого поста. Послушать "звезду адвокатуры" собрался весь город. Федор Никифорович, изучив дело, серьезно приготовился к защитительной речи, но "почему-то" ему не давали слова. Наконец, около 5 часов вечера председатель суда объявил:
- Слово принадлежит присяжному поверенному Феодору Никифоровичу Плевако.
Неторопливо адвокат занимает свою трибуну, как вдруг в этот момент в кафедральном соборе ударили в большой колокол - к великопостной вечерне.
По-московски, широким размашистым крестом Плевако совершает крестное знамение и громко читает: "Господи и Владыко живота моего, дух праздности... не даждь ми. Дух же целомудрия... даруй мне...и не осуждати брата моего...".
Как будто что-то пронзило всех присутствующих. Все встали за присяжными. Встали и слушали молитву и судейские чины. Тихо, почти шепотом, словно находясь в храме, Ф.Н. произнес маленькую речь, совсем не ту, которую готовил: "Сейчас священник вышел из алтаря и, земно кланяясь, читает молитву о том, чтобы Господь дал нам силу "не осуждать брата своего". А мы в этот момент собрались именно для того, чтобы осудить и засудить своего брата. Господа присяжные заседатели, пойдите в совещательную комнату и там в тишине спросите свою христианскую совесть, виновен ли брат ваш, которого судите вы? Голос Божий через вашу христианскую совесть скажет вам о его невиновности. Вынесите ему справедливый приговор".
Присяжные совещались пять минут, не больше. Они вернулись в зал, и старшина объявил их решение:
- Нет, не виновен.

Очень известна защита адвокатом Ф.Н. Плевако владелицы небольшой лавчонки, полуграмотной женщины, нарушившей правила о часах торговли и закрывшей торговлю на 20 минут позже, чем было положено, накануне какого-то религиозного праздника. Заседание суда по ее делу было назначено на 10 часов. Суд вышел с опозданием на 10 минут. Все были налицо, кроме защитника - Плевако. Председатель суда распорядился разыскать Плевако. Минут через 10 Плевако, не торопясь, вошел в зал, спокойно уселся на месте защиты и раскрыл портфель. Председатель суда сделал ему замечание за опоздание. Тогда Плевако вытащил часы, посмотрел на них и заявил, что на его часах только пять минут одиннадцатого. Председатель указал ему, что на стенных часах уже 20 минут одиннадцатого. Плевако спросил председателя: - А сколько на ваших часах, ваше превосходительство?
Председатель посмотрел и ответил: - На моих пятнадцать минут одиннадцатого.
Плевако обратился к прокурору: - А на ваших часах, господин прокурор?
Прокурор, явно желая причинить защитнику неприятность, с ехидной улыбкой ответил: - На моих часах уже двадцать пять минут одиннадцатого.
Он не мог знать, какую ловушку подстроил ему Плевако и как сильно он, прокурор, помог защите.
Судебное следствие закончилось очень быстро. Свидетели подтвердили, что подсудимая закрыла лавочку с опозданием на 20 минут.
Прокурор просил признать подсудимую виновной. Слово было предоставлено Плевако. Речь длилась две минуты. Он заявил:
- Подсудимая действительно опоздала на 20 минут. Но, господа присяжные заседатели, она женщина старая, малограмотная, в часах плохо разбирается. Мы с вами люди грамотные, интеллигентные. А как у вас обстоит дело с часами? Когда на стенных часах - 20 минут, у господина председателя - 15 минут, а на часах господина прокурора - 25 минут. Конечно, самые верные часы у господина прокурора. Значит, мои часы отставали на 20 минут, и поэтому я на 20 минут опоздал. А я всегда считал свои часы очень точными, ведь они у меня золотые, мозеровские. Так если господин председатель, по часам прокурора, открыл заседание с опозданием на 15 минут, а защитник явился на 20 минут позже, то как можно требовать, чтобы малограмотная торговка имела лучшие часы и лучше разбиралась во времени, чем мы с прокурором?
Присяжные совещались одну минуту и оправдали подсудимую.


Плевако любил брать с клиентов огромные гонорары. Однажды к нему обратился за помощью богатый купец. Плевако слышал о нем и решил запросить такой гонорар, чтобы тот ужаснулся. Но купец не удивился и сказал:
- Ты только дело мне выиграй. Заплачу, сколько ты сказал, да еще и удовольствие тебе доставлю.
- Какое такое удовольствие?
- Выиграй дело - увидишь.
Дело Плевако выиграл, получил гонорар и спрашивает об обещанном удовольствии. Купец отвечает:
- В воскресенье, часиков в 10 утра, заеду за тобой, поедем.
-Куда так рано?
- Увидишь.
В воскресенье купец заехал за Плевако. Адвокат недоумевал, куда тот его везет: в ресторан, к цыганам? Время для таких дел неподходящее. Да и выехали они за черту города и начали ехать по переулкам между амбарами и складами. Подъехали к складу. Вышел мужичок. Купец спрашивает у него:
- Готово?
- Так точно.
- Веди…
Зашли во двор. Мужичок открывает какую-то дверь. Купец и Плевако зашли в помещение. Там полутьма. Купец взял в углу две здоровенные дубины и одну из них дает Плевако:
- Держи!
- Зачем?!
- Для удовольствия. Ты же хотел его получить.
Плевако растерялся и сник. Но дубину взял и спрашивает:
- И как я получу это удовольствие?
- А ты по сторонам посмотри и начинай.
Плевако осмотрелся в полутьме и увидел, что по всем стенам помещения были полки с красивой посудой: тарелки, чашки, чайники, бокалы, графины.
- Да что начинать-то? - спрашивает Плевако.
- Как что? Посуду бить!
Купец подошел к полкам и со всего размаху разбил кучу посуды. Плевако тоже ударил. Сначала робко, а потом смелее и еще смелее, и вошел в такой раж, что только осколки летели. Остановились, когда уже не было ни одной целой чашки. Купец спрашивает:
- Ну что, получил удовольствие?
- Да получил. Дикое! Спасибо.


Альберт Суренович Еганян Фото Право.Ru

Есть две точки зрения на профессию юриста. Первая — западная, англо-саксонская, когда считается, что юридическое образование позволяет заниматься политикой или бизнесом. В этом случае право — инструмент, объясняющий, как работают системы общественного устройства. Вторая точка зрения: юрист — это человек, знающий право. Такой подход характерен для романо-германских стран, где юрист — ремесленник, пусть и авторитетный. У России, как часто бывает, свой путь. Она находится посередине этих двух подходов с временными перекосами то в одну, то в другую сторону. Например, в советское время юрист был обычным ремесленником, сейчас же хорошие юристы постепенно преодолевают этот стереотип и оказывают влияние на социально-политическую систему страны.

Юридическое образование в России не хуже и не лучше, чем любое другое образование в сфере гуманитарных наук. Но я полагаю, что любой талантливый, успешный юрист становится таковым только в результате самообразования. Прежде всего это связано с тем, что в вузах у нас воспитывают теоретиков, но не учат применять право на практике. А если и пытаются учить, то ничего путного зачастую не выходит. Важно и то, что студентам никто не рассказывает, как на самом деле устроена судебная система (говорят только о том, что "судья — это тот, кто выносит решения"), как функционирует юридическая фирма, как быть прокурором (факт наличия предмета "Прокурорский надзор" ни о чем не свидетельствует). Научиться всему этому можно только на практике.

То, как юрист научится правоприменению, зависит от случая. Если молодой специалист попадает к хорошему юристу, одновременно являющемуся хорошим наставником, он учится всему быстро. Если он попадает к хорошему юристу и плохому наставнику (что бывает сплошь и рядом), то учится медленно. Если же молодой специалист оказывается под началом плохого юриста и плохого наставника, то не учится ничему.

За годы учебы я понял одну простую вещь, кстати говоря, относящуюся не только к юриспруденции. Хороший преподаватель — не тот, кто дает больше всех информации. Хороший преподаватель — это тот, кто делает так, что студент сам пытается разобраться в предмете. Получается, что хороший преподаватель — прежде всего популяризатор. Считайте, что вам крупно повезло, если в годы учебы вы попали к такому человеку.

Хороший юрист — обязательно хороший ресерчер. Поэтому тяга к индивидуальному труду должна прививаться с первого дня университетского образования.

Любой хороший юрист — звезда , ведь юридический труд всегда индивидуален. Отсюда управленческая задача: как в юридической фирме организовать труд нескольких десятков звезд? Согласитесь, задача не из легких.

Расхожее представление о юристах из юридических фирм такое: компания нанимает команду, приходит один партнер и десять младших юристов, которые выкачивают из компании деньги. При этом реально вроде бы нужен только партнер, который генерирует идеи. Не спорю, иногда так и бывает. Но подумайте, сколько будет стоить партнер, который выполняет всю черновую работу? Должно быть разделение труда: партнер генерирует идеи, остальные их реализовывают. Клиент же платит не только за идею, но и за ее реализацию! Вообще это парадокс любого подобного бизнеса: клюют на идею, а платят за реализацию. Отсюда вывод: партнер должен предложить несколько рабочих идей и "зажечь" ими клиента, а также осуществить авторский надзор за тем, как конкретная идея будет реализовываться. При этом всю черновую работу делают младшие коллеги.

У хорошего партнера юридической фирмы есть всего три задачи: выдвинуть хорошую идею, добиться ее правильной реализации (авторский надзор) и сделать так, чтобы клиент реализовывал его идею с воодушевлением. Почему юридический рынок распределен между фирмами непропорционально? Ответ прост: в лучших компаниях партнеры владеют всеми ключевыми навыками, в тех, что похуже — не всеми. Вот и все.

В юридическом бизнесе невозможна прямая реклама. Это традиция. Согласен, что можно сделать качественную прямую рекламу, которая будет работать. Может быть, было бы логично именно моей компании сделать такую рекламу, но вряд ли такое произойдет. Юридический бизнес довольно старомоден и никто не хочет быть белой вороной.

Юридический бизнес консервативен, здесь нужно заслужить репутацию и дорасти до топовых клиентов и гонораров. Агрессивный маркетинг вреден, а зачастую и невозможен. Приведу пример. Несколько лет назад одна юридическая фирма второго эшелона стала демпинговать, собрав информацию о клиентуре топовых юркомпаний. Крупнейшие заказчики получили от нее контрпредложения со следующим смыслом: "Мы сделаем то же самое, но в два раза дешевле". Результат? Фирма так и не выбилась в лидеры и теперь уже не выбьется никогда. Все уже забыли, что конкретно произошло, но все помнят, что с репутацией этой компании что-то не так.

Каждый должен знать свои сильные и слабые стороны, а также занимать свое место. Нередко встречается такая ситуация: сидит замечательный юрист, отлично делает свою работу. Вдруг его повышают до старшего юриста, ставят руководить проектом и все проваливается. Вывод? Не любой хороший юрист может стать управленцем. Более того, начальство не всегда может правильно оценить потенциал человека и решать за него. В идеале строить карьеру должен сам сотрудник, адекватно оценивая свои сильные и слабые стороны.

Я не верю ни в какие озарения, потому как психологи давно доказали их чисто физиологическую природу. Любое озарение — результат упорного и продолжительного труда.

Все происходящее на рынке юридических услуг выглядит как жесткая конкуренция, однако по принципиальным вопросам, таким как этика ведения бизнеса, его законодательные основы и тому подобное, лидеры рынка вырабатывают единое мнение. Так и должно быть, потому что именно лидеры формируют профессиональную среду .

Никакого единого места, органа, осуществляющего модернизацию российского права, не существует . Все происходит хаотически. Хотите доказательств? Посмотрите, сколько сегодня в России квазисудебных процедур: антимонопольщики, различные комиссии и тому подобное. Все пытаются что-то регулировать. Думаю, в результате этого через десять лет у нас будет совершенно иная система права.

В девяностые годы прошлого века многие российские компании обратились к иностранному правовому регулированию, однако сейчас число фирм, возвращающихся к регулированию российскому, увеличивается. Все это говорит о том, что система российского права постепенно становится менее неконкурентоспособной по отношению к иностранной. Здесь я вижу главный "месседж" для юридического сообщества: необходимо общими усилиями — усилиями законодателей, судей и правоприменителей — сделать российское право в целом и практику в частности более конкурентоспособными. Если (а вернее — когда) это случится, право в существенной степени усилит экономическую конкурентоспособность всей страны.

Я не люблю выступать со спичами, сводящимися к рассказу на тему "как было, когда я был молодым". Обычно такие рассуждения произносятся надломленным и дрожащим голосом и не вызывают у слушателей или читателей ничего кроме жалости и иронии.